ВОСПИТАНИЕ

«ВОСПИТЫВАЙ ОТРОКА
в согласии с нравом его

Раввин Адин Штейнзальц

Подавляющее большинство сфер человеческой деятельности связано с манипулированием вещами, направлено на неодушевленные или лишенные человеческого разума объекты. Лишь педагог имеет дело с высшим проявлением бытия — человеческой личностью.

Писание учит, что заложенный в человеке потенциал — огромен. Его раскрытие дает возможность достигнуть высот, не поддающихся оценке. О том, сколь велика роль человека в мире, какова его сила и положение во вселенной, говорит псалмопевец: «Ты воцарил его над созданием рук Своих, Все сущее положил подношением ему» (Пс 8:6).

Человеческая природа такова, что «лишь немного Ты не восполнил его до Б-га, Славой и величием Ты увенчал Его» (Пс 8:5). Но при всем том человек появляется на свет бесконечно далеким от своего потенциального совершенства. Новорожденный не только беззащитен физически и слаб телесно, но и его будущий облик еще лишен формы и содержания. Хотя еврейская традиция часто обращается за примером к младенченской чистоте и цельности детской натуры, ей не свойственна идеализация ребенка. Известное изречение, гласящее, что «зло в сердце человека от юности его» (Берешит (Бытие) 8:21), отнюдь не возводит хулу на весь человеческий род. Напротив, оно свидетельствует в его защиту. Ибо при всех своих талантах, при всех интеллектуальных и эмоциональных способностях человек не рождается совершенным. Он приходит в мир, обуреваемый желаниями, не защищенный от множества ошибок и заблуждений. Иов говорит: «Диким осленком рождается человек» (11:12).

И вот тут приходит время педагогу взяться за свой вечный труд. В самые нежные годы ребенок — удивительно податливый материал в руках воспитателя. Этот «материал» подобен целому миру разнообразием составляющих его элементов, изобилует неописуемым богатством возможностей, таит бездны невозвратимых утрат. Из подобного материала, еще лишенного формы, пластичного, незавершенного, воспитателю предстоит изваять, сотворить человека, создать полноценную личность.

Нежность и податливость детской души способна ввести в заблуждение. Ведь в конечном итоге значительная часть будущего характера все же предопределена. Подобно телосложению и цвету глаз, фундамент будущей личности унаследован от родителей. Сотни поколений отцов и матерей, склонившись над колыбелью, всматриваются в лицо новорожденного, каждая клеточка тела которого, любая черточка, будущие особенности характера в основе своей переняты от них.

Но из поколения в поколение родители и воспитатели повторяют одну и ту же ошибку. Им кажется, будто они в состоянии вылепить из ребенка, воспитанника, ученика некий идеальный образ, представляющийся их внутреннему взору. И точно так же из поколения в поколение в конце концов им приходится признать свое поражение. Невозможно полностью переделать или заново создать личность по образу и подобию придуманного воспитателем идеала. Дурные качества характера (к счастью, как и хорошие) не исчезают совершенно, склонности натуры не изменяются, способности остаются прежними. Конечно, что-то можно развить, к чему-то приучить, в чем-то убедить, а что-то даже навязать силой. Достигнутый успех, однако, никогда не станет необратимым, все достижения так и останутся непрочными. Тем не менее не стоит грустить и тем более предаваться отчаянию. Отчетливое осознание границ между возможным и невозможным само по себе служит воспитателю предостережением и одновременно ведет его избранным им путем. Труд педагога, знающего, что ему дано, а что не дано исправить, сложен и тонок, требует больших усилий и напряженной работы мысли, но именно этот труд в конце концов удостаивается благословения и приносит желанные плоды.

Великий педагогический принцип был сформулирован тысячи лет назад царем Сломо (Соломоном): «Воспитывай отрока в согласии с нравом его» (Притч 22:6). Учитель, способный различить путь, по которому следует направлять вот этого конкретного ребенка, может содействовать его развитию и успешно корректировать его. Благодаря труду внимательного и вдумчивого педагога ребенок, развиваясь в соответствии со своими склонностями, с большой вероятностью достигнет успеха, которым сможет гордиться и он сам, и его воспитатель. Настоящий педагог — художник. Его искусство не требует красок и полотна, глины или металла. Материал педагога прекраснейшее из всего сотворенного: душа ребенка. И как истинный художник, педагог должен в совершенстве знать свой материал, различать в нем малейшие нюансы и оттенки, видеть за наносным, внешним — подлинное (может быть, глубоко скрытое и тайное). В чем заключается искусство? Художник умеет разглядеть красоту, заключенную в материале, извлечь ее на свет и придать ей нужную форму. Педагогические приемы, которыми пользуется учитель, сродни инструменту художника. В арсенале педагога знания и личный пример. Педагог должен давать ребенку духовную пищу, необходимую для правильного развития, давать ему необходимые знания. С другой стороны, он должен научить своего подопечного правильно пользоваться полученными знаниями, и это даже важнее, чем дать их ему.

Целью работы учителя, задачей взятого им на себя труда воспитания является синтез, в процессе которого знания, полученные учеником, органично прививаются к его натуре, облагораживая развивающийся характер. И на этом фоне постоянными усилиями учителя под воздействием его личного примера постепенно складывается духовный мир личности.

На первый взгляд подобное понимание призвания учителя выглядит весьма претенциозно. Учитель выступает в роли мудреца, художника и праведника одновременно. Разве это возможно в реальной жизни? Истинного учителя отличает в первую очередь скромность, умение оставаться в тени. Его труд требует колоссального творческого усилия, и притом любой достигнутый им успех обречен оставаться неполным, незавершенным, ибо такова специфика воспитания — оно всегда вынуждено довольствоваться лишь частью, ограничивать свою великую цель рамками достижимого.

Когда строят дворец, каждый каменщик должен сложить свой участок стены. И он может лишь молиться, надеясь, что строительство будет когда-нибудь завершено: быть может, другими руками, быть может, руками самого владельца возводимого ныне дворца — сегодня ребенка, завтра взрослого.

Труд воспитания настолько велик, что его не дано завершить тому, кто его начал, поэтому берущийся за этот труд должен обладать верой, терпением и любовью. И он никогда не вправе забывать, что залогом воспитания других является воспитание самого себя.


КЛАССИЧЕСКИЕ КОММЕНТАРИИ

Каждую неделю в синагоге читается определенная часть Торы, называемая недельным разделом. За год полностью прочитывается вся Тора.
Каждый недельный раздел имеет название, совпадающее с первыми ключевыми словами раздела (в частности, это может быть и одно слово). Если в явном виде не указано иное, все ссылки в комментариях к чтениям даются на книгу Дварим (Второзаконие).
Рядом с названием недельного раздела указана соответствующая ему неделя (даты этого года): быть может, читателю захочется прочесть недельный раздел и поразмыслить над ним именно тогда, когда это делают религиозные евреи во всем мире.
Понятно, что газетные возможности крайне сужены. Дать хоть сколько-нибудь систематический комментарий даже к небольшому отрывку — невозможно. Поэтому приведенные здесь фрагменты еврейских классических комментариев следует рассматривать лишь как указание на многогранность текста Торы и приглашение к пристальному чтению.
Перевод и подбор комментариев — Д. Сафронов, консультант и редактор — И. Гиссер.


12 августа — 18 августа

РЪЭ

«Смотри, я предлагаю вам сегодня благословение и проклятие» (11:26).

Сказали наши мудрецы: «Человек должен всегда представлять себе мир так, словно в нем добро и зло находятся в равновесии; исполнил заповедь — утяжелил чашу весов с заслугами, совершил грех — склонил весь мир ко злу и обрек на воздаяние за него» (Кидушин, 406). Поэтому Тора обращается ко всем нам: постарайся понять («смотри»), что любым действием, которое вы намереваетесь совершить, вы можете обречь этот мир как на благословение, так и на проклятие. На каждом из нас лежит колоссальная ответственность за любой поступок — ведь он может стать последней каплей, определяющей судьбу нашего мира (Торат-Моше).

19 августа — 25 августа

ШОФТИМ

«Ибо те народы, которые ты изгоняешь, волхвов и кудесников слушают, а тебе не то дал Б-г, Всесильный твой» (18:14).

Народы мира часто не в силах противостоять силам зла и дурным советчикам как извне, так и в самих себе, толкающим их на грех. Тебе же Всевышний дал силы сказать: «Не то!» — когда ты услышишь голос искусителя. Скажи: «Я не хочу прислушиваться к наущениям врага, я не намерен подчиняться требованиям своих страстей». Поэтому и сказано в Торе: «Тебе не то дал Б-г» (Маарам из Амшинова).

«Если осаждать будешь город долгое время, чтобы завоевать его, чтобы взять его, то не порть деревья его, поднимая на них топор, потому что от него ты ешь, и его не руби...» (20:19)

Если во время войны войско видит, что у него нет никаких шансов одержать победу и предстоит отступление, оно начинает уничтожать и истреблять все, что попадается под руку, ради того, чтобы причинить максимальный ущерб врагу. Однако если командиры абсолютно уверены в победе, то, захватив территорию противника, оно стремится сохранить все находящееся на ней — ведь отныне все это принадлежит победителям.

Писание предупреждает: «...не порть деревья его... потому что от него ты ешь...»

Нет сомнений в том, что ты полностью завоюешь всю Землю Израиля и будешь есть плоды ее деревьев, ведь Творец обещал ее тебе. Зачем же тебе уничтожать посадки, вредя самому себе? (Сфорани)

26 августа — 1 сентября

ТЕЦЭ

«Если будет у человека сын буйный и непокорный, не слушающийся отца своего или мать свою, и наказывали они его, но он не слушался их» (21:18).

В Торе закон о «буйном и непокорном сыне» следует за законами о первенце. Последовательность изложения в Торе также значима; чему же должно научить нас подобное соседство?

Подобно тому, как особый статус первенцу придает именно то, что он первый ребенок в семье, так и первые годы жизни человека имеют особую значимостью именно в силу того, что с них начинается его жизнь. Если уже в раннем детстве человек проявляет наглость и агрессивность, то есть все основания предполагать, что в дальнейшем он будет вести себя все хуже и хуже.

Тора поместила рядом законы о первенце и непокорном сыне для того, чтобы сказать нам: от того, как воспитывается человек в детстве, зависит вся его дальнейшая судьба. Впрочем, мы вправе сделать и более общий вывод: надо уделять пристальное внимание любому началу, ведь именно оно и определит результат; это касается и того, как мы начинаем свой год, месяц, день (Шем ми-Шмуэль).

2 сентября — 8 сентября

ТАВО

«То возьмешь начатки всех плодов земли, которые ты получишь в стране своей...» (26:2)

В Вавилонском Талмуде сказано, что одаривающий вельможу как бы сам принимает дар от него — ведь он получит выгоду от принятого подарка (Кидушин, 7а). Поэтому о заповеди бикурим — принесении первых плодов урожая — Тора и говорит «возьмешь»: человеку выгодно приносить дар Творцу. С этой идеей связан и буквальный смысл сказанного далее: «А теперь вот принес я первые плоды земли, которые дал Ты мне, Б-г!..» (26:10) Подтекст этих слов таков: я приношу Тебе первые плоды моего урожая, но это те самые плоды, что я «взял» у Тебя, ведь и их «дал Ты мне, Б-г!» (Нахаль кдумим)

«И радуйся всему добру, которое дал Б-г, Всесильный твой, тебе и дому твоему, ты, и левит, и пришелец, что в среде твоей» (26:11).

Человек, который получил подарок от царя, радуется не его стоимости, а самому факту внимания. Высочайший статус человека, одарившего его, — вот что составляет предмет его гордости и радости.

Поэтому и сказано в Писании: «И радуйся всему добру...», т.е. радуйся не тому, сколько ты получил, и не тому, что именно, а тому, Кто тебе его дал (Тиферет Шломо).


РАЗГОВОРЫ С РАВВИНОМ

АПОЛОГИЯ БОЛЕЗНИ

— За что сидишь?
И все отвечали:
— Совершенно ни за что!
Это какал-то чудовищная судебная ошибка
.


Адин Штейнзальц отвечает на вопросы Михаила Горелика

— Когда в Библии впервые упоминается болезнь?
— Яаков первый, о ком прямо сказано, что он болел*. В одном комментарии говорится, что до него вообще никто не болел — люди просто умирали, когда истекал срок их жизни, вроде того, как кончается телефонная карточка. Качество первого разговора ничем не отличается от последнего. Яаков просил о каком-то знаке, предупреждении, предвестнике смерти, чтобы она не была столь ужасающе внезапна.
— Не на полуслове, если использовать вашу аналогию с телефонной карточкой.
— Да, вежливый человек прежде, чем положить трубку, завершает беседу и прощается. Тяжелая болезнь дает возможность внутренне подготовиться к смерти, осмыслить свою жизнь, привести в порядок дела, завещание составить. Кстати, раз уж мы заговорили об Яакове, он использовал полученное предупреждение: благословил детей и внуков, сделал распоряжение о похоронах.
— Стало быть, Яаков просил для себя, а получило все человечество. Щедрый дар.
— Просто идея была хорошая.
— Вы так считаете?
— Конечно. Ведь болезнь способна подтолкнуть человека к размышлению о важных вещах. Это такая сильная встряска, которая может основательно прочистить мозги.
— Или вызвать сотрясение мозга.
— Бывает и так.
— О Яакове сказано, что он заболел, когда ему было 147 лет. Он был стар.
— Болезнь и старость — явления одного порядка. Старость тоже не была присуща человеку изначальна. Они были встроены в ранее созданный механизм. Старость выполняет ту же функцию, что и болезнь. Один геронтолог сказал мне: «Старость — это адаптация организма к смерти». В 30 лет думают не о смерти, а о теле. Я бы даже сказал так: в 30 лет думают телом.
— А в 70 — нет? Старость и болезнь могут привести к тому же эффекту, хотя и в иной аранжировке. Телесные страдания заставляют человека сосредоточиться на них. Разве не так? Старик может думать о теле и телом не меньше, чем в молодости. Я вовсе не хочу сказать, что сбои организма непременно сужают духовные горизонты, но это довольно распространенный случай.
— Обыкновенно это бывает у тех, у кого духовные горизонты и без того были узки. А собственно, почему вы об этом заговорили? Будь вам 30, вы бы предпочли поговорить не о старости и болезни, а о женщинах.
— Будто мы с вами о женщинах не говорили!
— В самом деле? Стало быть, вы наконец созрели и для этой темы.
— В обыденном сознании здоровье — это безусловная ценность. А с религиозной точки зрения?
— Рамбам** говорил, что поддержание здоровья — один из путей служения Всевышнему Рамбам был едва ли не лучшим врачом своего времени, и он никогда не стал бы заниматься медициной, если бы так не думал. Я целиком и полностью разделяю это мнение.
— И тем не менее курите.
— Вовсе не считаю, что мне это как-то особенно вредит: я же трубку курю. Однажды я беседовал в Англии с председателем комиссии по изучению вреда курения, и он сказал: «Трубка минимизирует вред курения». С этими словами он достал трубку и закурил. Как я могу не доверять специалисту? Здоровье — ценность, но, я вам скажу, болезнь — тоже ценность. Болезни стимулируют человека к переосмыслению своей жизни.
— Или не стимулируют — одно из двух. Человек может считать, что с ним все в порядке и беды, которые сваливаются ему на голову, совершенно незаслуженны. Достаточно распространенная реакция на страдания: «За что?! Как это несправедливо!»
— Могу рассказать вам по этому поводу один исторический анекдот. Однажды Фридрих Великий*** инспектировал тюрьму Он заходил в камеры и спрашивал: «За что сидишь?» И все отвечали ему: «Совершенно ни за что! То есть совершенно! Это какая-то чудовищная судебная ошибка, Ваше Величество». И только один человек сказал: «Я вор, Ваше Величество. Поймали меня, вот я и сижу».
— И что Фридрих?
— Он сказал: «Его надо немедленно изолировать, а не то этот грешник, не приведи Г-сподь, растлит мне собранный здесь сонм праведников». И вора отпустили.
— А ведь он даже не раскаялся!
— Не раскаялся. Но, в отличие от окружавших его праведников, он отдавал себе отчет в причинах своих неприятностей.
— Сдается мне, не так уж многие связывают свою болезнь с поведением. О курении я не говорю: как мы выяснили, с трубкой ничего страшного. Этиология болезней, как она описана в медицинских справочниках, не имеет нравственной природы. Соответственно и терапия исходит из совсем иных предпосылок. Больные пьют таблетки и (ведь бывает?) поправляются. Причем (тоже бывает) в первозданном нравственном состоянии.
— Почему бы и нет? Одни выздоравливают, потому что уже поняли, другие — поскольку все равно ничего не понимают: они оказались невменяемы и им придется подождать до следующего раза — авось поумнеют. Или не выздоравливают, если курс обучения уже завершен. Но все-таки обратите внимание, вот вы говорили о спонтанной реакции человека на болезнь: «За что?» Разве этот эмоциональный вопрос не предполагает нравственного механизма заболевания?

__________________________________

* Берешит (Быт) 48:1.
** Рамбам (Маймонид) — выдающийся еврейский средневековый мыслитель и врач (1135-1204) Был лейб-медиком Саладина Ричард Львиное Сердце приглашал Рамбама поработать в той же должности на него, но Рамбам отказался.
*** Фридрих Великий — Фридрих II (1712-1786), прусский король 1740-1786.


ПРИ ПОДДЕРЖКЕ ФОНДА ПИНКУСА
ПО РАЗВИТИЮ ЕВРЕЙСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ В ДИАСПОРЕ, ИЗРАИЛЬ

Сильнейшие обряды Потомственных магов на сайте http://chernaya-magiya.ru