КАЛЕНДАРЬ

Иерусалим - колодец, из которого мир черпает живую воду духовности

Раввин Адин Штейнзальц

Каждый житель Иерусалима влюблен в свой город. Даже туристы, приезжающие сюда ненадолго, не могут избежать его чар. Они часто задают себе вопрос: в чем его обаяние, в чем его тайна? Я родился в Иерусалиме и прожил здесь всю жизнь, но он продолжает оставаться тайной и для меня. Конечно, в Иерусалиме есть немало достопримечательностей, но здесь не сыщешь поражающих воображение архитектурных красот. Однако несмотря на это, город завораживает своей красотой. Каждый, кто приезжает сюда, чувствует в облике Иерусалима нечто близкое и дорогое, каждому город говорит нечто свое, обращенное только к нему. Иерусалим богат, и он щедро одаривает всех своим богатством. Иерусалим прост, но уж никак не наивен. Чего только ни перевидал он за три тысячелетия! И вот теперь он прост, как великое произведение искусства, как шедевр. изваянный временем. Ты всматриваешься в Иерусалим, грезишь им и спрашиваешь себя: что же это?

Иерусалим — это единство противоположностей.

Иерусалим, как свидетельствует его имя, означает «Ир Шалем» — Город Мира. Но сколько же войн и междуусобиц потрясали его! Едва ли в мире найдется место, знавшее больше вражды и мук. Иерусалим часто называют Домом Всевышнего. Когда говорят о вратах небес, имеют в виду именно его. Но еврейская традиция утверждает, что и врата преисподней находятся здесь. И действительно, библейский Генном (геенна) — это долина у стен Старого Города. Рядом с вратами небесными зияют древние врата ада.

Таков Иерусалим. Псалмопевец называет его «городом, слитым воедино». Есть старый и новый Иерусалим, арабский (восточный) и еврейский (западный), религиозный и нерелигиозный. Иерусалим — прежде всего место встречи. Зачастую противоположности остро сталкиваются и все же, несмотря ни на что, удивительным образом гармонично сочетаются. Эту гармонию ощущает любой прохожий. Она растворена в воздухе, разлита в солнечном свете. Почему Иерусалим стал столицей? На этот вопрос трудно дать исчерпывающий ответ. Конечно, можно назвать исторические и религиозные причины. Но при всем том место, избранное для столицы, представляется странным. Вдали от морского побережья, вдали от рек. И все-таки центр находится именно здесь! Когда люди размышляют об этом городе, они вспоминают Библию: ведь Иерусалим — место, избранное Всевышним. Но почему же Он избрал Иерусалим? Что такого особенного в этом городе?

Существуют разные уровни жизни: физический и духовный. Обычно они никак не связаны. Люди действуют либо в одном, либо в другом мире. Иногда они перемещаются с уровня на уровень, но никогда не смешивают их. Так обычно залегают геологические пласты: один под другим. Но в некоторых точках земной коры эти пласты сливаются и образуют единство.

Так и в нашем случае: Иерусалим — это место, где физическое и духовное слиты воедино. Такое единство подобно окну в глухой стене. Оно всегда неожиданно. В Библии оно называется «лестницей Яакова» — лестницей между землей и небом, увиденной Яаковом во сне. В сущности это и есть врата небес: место, в котором взаимодействуют духовный и физический миры, где они могут влиять друг на друга.

Именно в таком месте расположен Иерусалим. Через него проходит духовный и физический разлом привычного миропорядка. Любой геолог знает, что природные богатства таятся в разломах земной коры. Из этих разломов мы их извлекаем. Иерусалим — духовная сокровищница мира. Это колодец, через который мир черпает живую воду духовности.

В Иерусалиме соприкасаются разные миры, поэтому всякое событие, даже самое незначительное, приобретает здесь особую важность и многоплановость, последствия его бывают удивительны и превышают наше разумение. Человеческая история помнит множество событий, происходивших в разных местах планеты. Иногда одни и те же события повторялись сотни раз, ни у кого не вызывая волнения. Но когда что-нибудь подобное совершается в Иерусалиме, причинно-следственные связи материального мира сопрягаются с причинно-следственными связями мира духовного, совершенно отличными от них. События, оставшиеся бы совершенно незамеченными, случись они в другом месте, могут вырасти здесь до гигантских размеров. Потому-то так часто иерусалимские споры и конфликты приковывают внимание не только всей страны, но и всего мира. Несмотря ни на что Иерусалим существует. Живо его особое обаяние, не угасло сияние его прошлого. Мир и сегодня прислушивается к Иерусалиму. Проблема лишь в том, какой голос прозвучит в нем сегодня. Тот ли, что звучал в этом городе в прошлом? Нам остается только надеяться на это.


КЛАССИЧЕСКИЕ КОММЕНТАРИИ

Каждую неделю в синагоге читается определенная часть Торы, называемая недельным разделом. За год полностью прочитывается вся Тора. Каждый недельный раздел имеет название, совпадающее с первыми ключевыми словами раздела (в частности, это может быть и одно слово).
Если в явном виде не указано иное, все ссылки в комментариях даются на книгу Ваикра (Левит).
Рядом с названием недельного раздела указана соответствующая ему неделя (даты): быть может, читателю захочется прочесть недельный раздел и поразмыслить над ним именно тогда, когда это делают религиозные евреи во всем мире.
Понятно, что газетные возможности крайне сужены. Дать хоть сколько-нибудь систематический комментарий даже и небольшому отрывку — невозможно. Поэтому приведенные здесь фрагменты еврейских классических комментариев следует рассматривать лишь как указание на многогранность текста Торы и приглашение к пристальному чтению. Перевод и подбор комментариев — Д. Софронов, консультант и редактор — И. Гиссер.


АХАРЕЙ

«И положит смесь благовоний на огонь пред Б-гом» (16:13)

Смесь благовоний для жертвоприношений изготавливалась «пред Б-гом». то есть, непосредственно в Храме. Ведь мудрый начинает исправление мира с самого себя, в этом источник его искренности и способности влиять на других. Но если наставник излагает этические нормы и изрекает сентенции, хотя в сердце его — пустота, за ним никто не пойдет. («Диврей-шаарей-хаим»)

«А [если] ко входу в Шатер Откровения не принесет для жертвоприношения Б-гу перед Шатром Б-га, то кровь вменена будет тому человеку в вину» (17:4)

Жертвоприношение — урок жертвенности для человека. Но если еврей приносит жертву за пределами Храма, — то есть занимается тем, что выходит за рамки иудаизма, — это приравнивается к бессмысленному кровопролитию, и «кровь вменена будет тому человеку в вину». («Эглей-таль»)


КДОШИМ

«Бойтесь каждый матери своей и отца своего» (19:3)

Родителей надо чтить, и об этом должен помнить не только ребенок, зависящий от них, но и взрослый человек — самостоятельная и независимая личность, которому поддержка родителей не требуется. («Ктав софер»)

«Увещевай, увещевай ближнего своего» (19:17)

Зачем слово повторяется дважды? Воспитание — длительный процесс, и однократный наскок не даст желаемого результата. «Увещевай, увещевай» — и сегодня, и завтра. («Хават-яир»)

«Перед сединой — встань» (19:32)

Подумай о душе прежде, чем наступит старость и побелеет твоя голова: «встань», занимайся Торой и действуй, пока на это есть силы, пока у тебя есть возможность совершать требуемые поступки. (Из хасидских источников)


ЭМОР

«И если дочь когена осквернит себя блудом, то отца своего бесчестит она» (21:9)

Есть грехи, передающиеся «по наследству». Как правило, только закоренелый негодяй способен на тяжкое преступление; обычный человек отшатнется от этого в ужасе, все его естество восстает против такого греха. Поэтому злое начало и подстрекает людей лишь к тем нарушениям, которые кажутся им самим незначительными. Однако сила греха растет как снежный ком и становится все ощутимей из поколения в поколение. Тяжелее всего противостоять именно такому, «наследственному», греху, результату духовного бездействия нескольких поколений. Поэтому если «дочь когена» вдруг совершает столь тяжкий грех — «отца своего бесчестит она», иначе говоря, это свидетельствует о том, что предки подвели. («Имрей шефер») Среди евреев есть и такие: молятся днем и ночью, кичатся своим происхождением и святостью, забывая о воспитании детей. Они читают святую книгу «Зогар», а их дочери в это же время — всякую ерунду, если вообще читают. Результат печален: они «бесчестят отцов своих», которые не удосужились «спуститься с небес» и заняться воспитанием собственных отпрысков. Подобная «святость» — вершина эгоизма, осквернение подлинных еврейских ценностей. («Авней-азал»)


БЕГАР

«И если будете продавать что-либо ближнему своему или покупать что-либо у ближнего своего, не обманывайте друг друга» (25:14)

Деловой человек, молясь Б-гу, нет-нет да и вспомнит о том, что служит источником его заработка, попросит Творца об успехе. Но помнит ли он о Б-ге тогда, когда занимается своим делом? Между тем, за порогом синагоги иудаизм для еврея не заканчивается, а начинается! Если ты честен и прям при заключении торговых соглашений, исполняешь в срок данные тобой обязательства, избегаешь обмана, не взимаешь проценты, пользуешься «гирями выверенными», знай, что все это и есть святое служение, заповеданное Торой. («Меор эйнаим»)

«И не обманывайте друг друга» (25:17)

Таково предостережение Закона. Однако человек, желающий достичь истинной праведности, должен опасаться, прежде всего, самообмана: не лицемерь, приписывая себе качества, которых ты лишен. (Раби Симха-Бунем из Пшисхи)


С ХАСИДСКОГО СТОЛА

О пользе бедности


• • •

Рабби Шмуэль из Карова отзывался о богатстве с пренебрежением. Это обижало местных богачей. Один из них даже привел ему слова мудрецов:
— Сказано, «давай бедным десятую часть прибыли, и ты будешь богат». Если мудрецы говорят о богатстве, как о награде, — значит богатство вещь хорошая.
— Навоз тоже хорошая вещь, однако мало кто любит его под своим окном.

• • •

Говорил рабби Зуся из Аниполя:
— Скажешь: «У Зуси нет денег», — правда твоя. Скажешь: «Зусе не хватает денег», — ложь.

• • •

— Моя бабушка всегда молилась, чтобы ее потомки были нищими, — рассказывал рабби Ехиэль-Михл из Злочова. — Не знаю как вы, а я не встречал другой такой странной бабушки. Впрочем, когда я вырос, я понял ее молитву: богатому так трудно не растерять совесть и веру.

• • •

Рабби Яаков из Родзимина был очень беден. Однажды местный богач сказал ему:
— Как же ты, такой умный человек, не стыдишься своей нищеты?
— С чего бы мне ее стыдиться?! Я ее ни у кого не украл.


РАЗГОВОРЫ С РАВВИНОМ

Нельзя быть старым!

В старости меняется пропорция между душой и телом: тела становится меньше - души больше.

Адин Штейнзальц отвечает на вопросы Михаила Горелика

У Эрика Берна есть довольно неожиданное замечание, что старость — это когда из ушей начинают расти волосы.

— Для психоаналитика действительно неожиданно. Я думаю, начало старости — это рубеж, когда прекращается рост и начинается деградация, когда теряется способность к творчеству и обновлению. Именно поэтому я время от времени говорю своим ученикам, чтобы их малость расшевелить: хотя у вас не видно лысины и живота, они уже у вас внутри. Есть такая хасидская история. Хозяин принимал гостя и предложил ему выпить. Тот говорит: «С удовольствием, пошли мальчика, пусть принесет». Но хозяин принес сам. «Почему ты не послал мальчика?». — «Знаешь, я стараюсь сохранять мальчика в себе и поэтому время от времени посылаю его что-нибудь сделать».

Значит, и при видимом животе и лысине человек может быть в полном порядке.

— И с волосами в ушах — тоже. Молод тот, кого интересует жизнь, кто способен находить в ней что-то новое. Рабби Нахман из Брацлава (Нахман из Брацлава ( 1772-1810) — основатель одного из направлений н хасидизме, автор ряда оригинальных сочинений, оказавших существенное влияние на еврейскую мысль и литературу (в частности, на Мартина Бубера) говорил: «Нельзя быть старым!». Еще он говорил: «Почему человек в 90 лет не может быть, как три человека в 30?!».

— Но не смог продемонстрировать это на собственном примере: сам-то он не дожил и до сорока.

— Я вам расскажу еще одну хасидскую байку. Сидят двое в очереди в ожидании суда после смерти. Вызывают одного из них. «А почему не меня? Я же впереди!». — «Сначала те, кто старше». — «Но я же намного старше! Я его на руках носил». — «Э, у нас другой возраст: он жил полной жизнью, а у тебя, даже если хорошо поскрести, больше двух годочков не наберется».

— Очень в духе «Премудрого пескаря» Салтыкова-Щедрина.

— Премудрый пескарь — это старость, от которой предостерегал рабби Нахман. Сам-то он по «другому возрасту» прожил большую жизнь и не состарился.

— Я слышал об одном американском эксперименте. Ученые получили согласие католических монахинь преклонного возраста ряда монастырей в США на регулярные медицинские и психологические обследования и посмертное вскрытие. Результаты были в некоторых отношениях удивительны. Среди монахинь были такие, у кого вскрытие показало очень далеко зашедшую болезнь Альцгеймера, — между тем при жизни они были вполне личностно сохранны, ничто не говорило об их болезни. Это, как правило, были люди высокой жизни.

— Рассказанная вами история меня ничуть не удивляет. Моя дочь — социальный работник, она постоянно имеет дело с пожилыми людьми. И она обратила внимание, что если человек живет богатой духовной жизнью...

— Вы имеете в виду религиозную жизнь?

— Вовсе не обязательно. Так вот, если пожилой и нездоровый человек живет богатой духовной жизнью, то качество его жизни существенно выше, нежели у людей с такими же недугами. Все зависит от ценностных установок, от того, с каким внутренним багажом подходят к преклонному возрасту. Если у человека были духовные ценности, и он всю жизнь прилагал усилия, чтобы жить в соответствии с ними, если он боролся со страстями, то в том возрасте, когда они слабеют, он становится более прозрачен и гармоничен. Один мой добрый знакомый, человек глубокий, но совершенно нерелигиозный, говорил: «Умереть в расцвете сил — непереносимо. Старость — совсем другое дело: тело постепенно слабеет, меняется пропорция между душой и телом: тела становится все меньше — души все больше».

— Но это когда с душой все более-менее в порядке. А если нет?

— Если человек всю жизнь жил на поводу у страстей, то, когда возможностей удовлетворить свои желания становится все меньше и меньше, он просто сходит с ума.

— Вам, наверное, знаком тип ненавидящего жизнь бескомпромиссного моралиста, который, хорошо погуляв в юности, состарившись, предъявляет всему миру требования, которые сам никогда не выполнял. Такое впечатление, что он смертельно завидует молодым и хочет отнять у них то, что сам безвозвратно утратил.

— Ну конечно. Когда такой человек говорит мне: «Я покончил с желаниями и страстями», — я отвечаю ему: «Ты ошибаешься: это они с тобой покончили!». Когда мне было лет 20, я один раз разговаривал с Бубером. Ему тогда было, кажется, 80 с хвостиком. О чем мы говорили, в памяти не сохранилось, но одна его реплика запомнилась. Он сказал: «Казалось бы, молодой человек должен быть полон терпения, а старик нетерпелив: ведь у молодого — времени хоть отбавляй, а у старика — не так уж и много. Но, вопреки этой логике, полны терпения именно старики — молодые хотят все сразу, причем немедленно». Есть три книги, которые, по преданию, написал царь Соломон. Это «Песнь Песней», «Притчи» и «Экклезиаст». «Песнь Песней». как вы знаете, — песнь любви, «Притчи» — практическая мудрость, а «Экклезиаст» полон скептического отношения к миру. Соответственно, считается. что Соломон написал «Песнь Песней» в юности, «Притчи» — в зрелые годы, а «Экклезиаста» — в старости. Но есть вполне авторитетное мнение, которое инвертирует эту последовательность: согласно ему. «Экклезиаст» был написан в юности, а «Песнь песней», напротив, в старости. Я думаю, так оно и было. Многие молодые люди решительно все знают о жизни и поэтому преисполнены вселенской скорби, они просто неспособны говорит», о любви.

— Гете написал «Фауста» в преклонных летах. Кажется, ему было за 80.

— Да, в старости порой появляется поразительная свежесть и новизна. Смотрите, Томас Манн всю жизнь писал интеллектуальные романы, а напоследок, даже не успев завершить, «Признания авантюриста Феликса Круля», — пожалуй, самую юношескую из своих вещей.


ПООЩРЕНИЕ ВОПРОСОВ


Недавнему семинару «Ламед» ,осуществляемуму при поддержке фонда имени Л.А.Пинкуса, полностью посвящен специальный внеочередной выпуск «Мекор Хаим», однако и этого оказалось недостаточно, чтобы в должной мере осветить его работу. Так, одно из наиболее ярких событий семинара оказалось в спецвыпуске лишь упомянуто — теперь мы расскажем о нем более подробно.

В рамках семинара «Ламед», осуществляемуму при поддержке фонда имени Л.А.Пинкуса, в московской школе 1311 («школе Липмана») прошел «круглый стол», посвященный еврейскому образованию. В нем приняли участие директор школы Григорий Липман (единственный здесь представитель светского государственного еврейского образования), ректор Гуманитарной еврейской академии Туро Шломо Гендельман, директор школы «Ахей Тмимим» Зеев Куравский, представитель женской школы Ривки Вайс Биньямин Шульман.

Собравшихся приветствовала 2-й секретарь посольства Израиля Сима Тамир. Сам факт ее присутствия говорит о том значении, которое придает Израиль еврейскому образованию в России. Главный раввин России Адольф Шаевич высказал мысль, которая стала ключевой для круглого стола. Независимо от типа еврейских школ; будь они воскресные или общеобразовательные, светские, реформистские или ортодоксальные, — если они хотят быть еврейскими, образование должно строиться вокруг Торы. В конечном итоге. — сказал Шаевич, — школьник может не выполнять заповеди в полном объеме, он может даже вообще их не выполнять, но. уж во всяком случае, он должен, как минимум, хотя бы знать об их существовании и содержании, Он может сказать еврейской традиции «нет», но все-таки он должен при этом знать, от чего отказывается. Как только еврейское образование теряет связь с Торой, оно перестает быть еврейским.

И все-таки интересно, каким образом может быть построено образование вокруг Торы в светской государственной школе? Вот, хоть убейте, не знаю! — евклидов ум автора этого репортажа постигнуть это не в силах, а владеющий предметом Григорий Липман от комментариев воздержался.

Оказавшийся по случаю в Москве знаменитый отказник и владимирский узник Иосиф Бегун вспоминал минувшие дни, когда иврит на нелегальных сходках учили куда лучше, чем в нынешних школах. Учителя вежливо кивали головами. Ведущий задал вопрос, все ли сидящие в зале знают, что значит «отказник». Вопрос в обнаженном виде продемонстрировал, что эпоха великого сионистского эпоса столь далеко ушла от нас. что требует уже филологической реконструкции. Мало кто в зале знал и героя этой эпохи.

«Круглый стол» был предварен лекцией раввина Алина Штейнзальца, посвященной, главным образом, двум концептуальным и взаимоисключающим пониманиям природы ребенка и, соответственно, методам обучения и воспитания: «консервативного» и «модернистского». Впрочем, названия эти вполне условны: достаточно сказать, что «консервативная» школа аппелирует к Фрейду, а «модернистская» — к Платону.

«Консервативная» школа рассматривает ребенка как существо, обладающее огромным потенциалом зла. как принесенного из леса волчонка. Если не применить жестких методов дрессировки, волчонок, став волком, непременно съест своего прекраснодушного воспитателя. В терминах Фрейда: убьет отца и изнасилует мать. «Модернистская» школа исходит из совершенно иных предпосылок. Ребенок изначально невинен, добр и талантлив, воспитатель должен помочь ему обнаружить присущий каждому человеку глубоко положительный творческий потенциал. В терминах Платона: помочь вспомнить.

«Консервативная» школа накрепко вколачивает в ученика готовые знания, профессиональные и социальные навыки, этические нормы и гигиенические рецепты: разбуди ночью — тут же отрапортует.

«Модернистская» — стимулирует творчество и собственный поиск. Все эти соображения отнюдь не являются отвлеченно теоретическими. Практически «консервативная» авторитарная и репрессивная педагогика дает в общем и целом хорошие стабильные результаты — правда, лица с тонкой внутренней организацией неизбежно становятся ее жертвами. «Модернистская» дает блестящие результаты в отдельных случаях, но, как показывает жизнь, не слишком преуспевает в работе со средним учеником.

Классическое еврейское талмудическое образование построено на парадоксальном сочетании двух этих несовместимых подходов. С одной стороны, существует традиция, которая должна в неизменном виде передаваться из поколения в поколение, существует идущая с незапамятных времен практика заучивания и повторения. С другой стороны, система освоения традиции в значительной мере построена на умении под руководством учителя и во взаимодействии с другими учениками самостоятельного продвижения к ответам, нахождения их в процессе интеллектуального поиска; эта система поощряет вопросы: чем острее и неожиданнее, тем лучше. Хороший ученик тот, кто умеет задавать «правильные» вопросы.

Одна из важнейших проблем современного еврейского образования — адаптация этого ценнейшего опыта. Причем речь идет вовсе не только о религиозном образовании. Адин Штейнзальц рассказал об опыте израильской иешивы с преподаванием светских дисциплин. Физика изучается там со значительным использованием талмудических методов, что дает прекрасные результаты. Достаточно сказать, что примененная методика была удостоена премии министерства образования Израиля. Лекция Адина Штейнзальца была, как это обычно и свойственно его выступлениям, полна блеска, юмора и парадоксального движения мысли — слушать одно удовольствие.

Участникам круглого стола и ламедовского семинара есть над чем поразмыслить. Как применить, как практически осуществить то, что они услышали? Как совместить это с принятой в их учебных заведениях устоявшейся системой образования? Надо полагать, у них возникнет немало подобных вопросов. Впрочем, еврейская образовательная традиция, как мы выяснили, вопросы только поощряет.


ПРИ ПОДДЕРЖКЕ ФОНДА ПИНКУСА
ПО РАЗВИТИЮ ЕВРЕЙСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ В ДИАСПОРЕ, ИЗРАИЛЬ