КЛЮЧ К ПОНИМАНИЮ МИРОЗДАНИЯ

Давид Палант

В начале сотворил Всевышний небо и землю» — с этих слов начинается Тора. Возможно, это самые загадочные ее слова: в них содержится тайна творения, которую люди пытаются разгадать с незапамятных времен. Каким образом и с какой целью был сотворен мир? Тора оставляет этот вопрос открытым. Более того, в Талмуде содержится удивительное утверждение, что вся первая глава Торы, повествующая о творении мира, окутана покровом тайны и принципиально закрыта для адекватного понимания (что, впрочем, никогда не останавливало пытливых комментаторов). В таком случае неизбежно возникает вопрос: если это действительно так, то какой вообще смысл в рассказе Торы? Понятно, что ответ на этот вопрос — каков бы он ни был — не может не быть дискуссионным. Естественно предположить, что повествование о творении мира ставит свой целью не просто сообщить нам некоторую информацию, но помочь найти верные критерии отношения к миру в целом.

В рамках материалистического понимания мир представляется случайной комбинацией элементарных частиц. Не более того. При таком понимании, если, конечно, быть последовательным и логичным, нравственное отношение к жизни становится более чем проблематично. Невозможно увязать нравственный закон со слепой игрой материальных сил. Если смотреть на мир с позиций материализма, все моральные ценности, нормы справедливости и правосудия оказываются относительными и в известном смысле «придуманными», они становятся результатом произвольного выбора или прагматического соглашения. Философская этика вынуждает мыслящего атеиста признать, что он не в состоянии установить априори, что есть добро, а что — зло. Бертран Рассел писал: «Я не знаю, каким образом можно опровергнуть утверждение об относительности морали. С другой стороны, мне трудно поверить, что единственное, чем не хороша разнузданная жестокость, так это лишь тем, что она мне не по нраву».

Между тем Тора, свободная от такого рода сомнений, уверенно говорит об источнике и основе мира и нравственных ценностей: «В начале сотворил Всевышний». Таким образом, здесь говорится о Том, Кто сотворил мир, — Он же установил нормы и ценности, о которых свидетельствует Тора. Понимание этого дает нам ключ к пониманию не только Торы, но и всего мироздания. Наука так и не смогла удовлетворительно ответить на вопрос о возникновении вселенной. Пытаясь построить соответствующую теорию, ученые сталкиваются с непреодолимыми трудностями. Не случайно многие из них возвращаются в конце концов все к тем же словам: «В начале сотворил Всевышний». Роберт Ястров — один из ведущих сотрудников американского Управления космических исследований — писал как раз об этом: «Для деятеля науки, живущего верой в силу логики, все может кончиться, как в дурном сне. Он штурмует сияющие вершины, поднимается все выше, выше; еще немного, и он покорит самую высокую из них. И вот последний переход, последний подъем — наконец он на вершине. И что же он видит? Компанию теологов, которые обосновались здесь уже многие сотни лет назад».


ЧИТАЕМ ТОРУ

Каждую неделю в синагоге читается определенная часть Торы, называемая недельным разделом. За год полностью прочитывается вся Тора. Каждый недельный раздел имеет название, совпадающее с первыми ключевыми словами первой фразы раздела (в частности, это может быть и одно слово).
Если в явном виде не указано иное, все ссылки в первом комментарии даются на книгу Дварим (Второзаконие), в последнем — на книгу Берешит (Бытие).
Рядом с названием недельного раздела указана соответствующая ему неделя (даты): быть может, читателю захочется прочесть недельный раздел и поразмыслить над ним именно тогда, когда это делают религиозные евреи во всем мире.
Понятно, что газетные возможности крайне сужены. Дать хоть сколько-нибудь систематический комментарий даже к небольшому отрывку — невозможно. Поэтому фрагменты еврейских классических комментариев в изложении Цви Одессера следует рассматривать лишь как указание на многогранность текста Торы и приглашение к пристальному чтению.

БЕРЕШИТ (В НАЧАЛЕ)
В начале сотворил Всевышний...


В первом недельном разделе рассказывается о том, как, нарушив повеление Всевышнего, Адам и Хава (Ева) попробовали плод с Древа познания и к каким трагическим последствиям это привело. История, рассказанная в Торе, не может не вызывать вопросов. Например, почему у первых людей «раскрылись глаза» и они «осознали свою наготу» (3.7)? Быть может, раньше они были неразумны и, съев плод, вдруг резко поумнели? Собственно говоря, именно это и обещал им змей. Если же это не так, то что же тогда произошло с их глазами и их сознанием? Обратите внимание: в Торе говорится, что первые люди вдруг «осознали свою наготу» — именно «осознали», а не «увидели». И это понятно: разумеется, Адам и Хава и ранее видели друг друга, однако они не воспринимали свою наготу как что-то постыдное, недолжное, как то, что необходимо укрыть, спрятать, — они просто не придавали этому никакого значения, обнаженное тело воспринималось ими как нечто совершенно естественное, данное Всевышним. И это несмотря на существовавшую между ними интимную близость: согласно классическим комментариям, Адам познал Хаву еще до грехопадения.

Все это свидетельствует о том, что сознание первых людей стало совершенно иным, что их отношение к самим себе, к миру, к Всевышнему коренным образом изменилось: человек подменил объективные и не зависящие от него категории «истины и лжи» субъективными и относительными категориями «добра и зла», связанными по существу с нашими собственными, изменчивыми, исторически и культурно обусловленными воззрениями на мир.


НОАХ (Ной) (6.9 — 11.32)

Вот родословие Ноаха...

«Ноах был человек праведный, непорочный в поколениях своих...» (6.9). О поколениях Ноаха известно, что они отнюдь не отличались праведностью. Возникает вопрос, что означает определение «непорочный в поколениях своих»? Одни комментаторы считают, что Ноах был «человеком праведным» лишь по сравнению с людьми, погрязшими в грехе, лишь на их фоне он мог выглядеть «непорочно». Другие, напротив, считают, что его праведность была столь велика, что царствующий повсюду грех был перед ней бессилен.

Тем не менее, если сравнить Ноаха с Авраамом, сравнение оказывается не в пользу Ноаха. Классический пример — реакция Авраама, когда он узнает, что Всевышний хочет уничтожить Сдом и Амору (Содом и Гоморру). Авраам возносит мольбу о милосердии: «Неужели ты погубишь праведного с нечестивым?!» (18.24) Между тем Ноах, когда ему было объявлено о том, что на все человечество обрушатся губительные воды потопа, смолчал, и, не проронив ни слова, стал послушно сооружать ковчег для собственного спасения. Ноах не пытается ходатайствовать за тех, кому вынесен смертный приговор, — ему довольно того, что спасется он и его близкие.

Все это позволяет понять, почему спасшемуся от вод потопа Ноаху не суждено было стать прародителем избранного народа. Правда, Ноах был удостоив избрания, но лишь для физического продолжения человечества. Между тем, Авраам и его потомки пришли в мир, чтобы придать ему смысл и показать народам путь истины.

ЛЕХ ЛЕХА (ИДИ) (12.1 — 17.27)
Сказал Всевышний Авраму: иди из страны твоей...

В этом недельном разделе рассказывается, как Аврам спасает царя Сдома, победив его врагов. Царь Сдома предлагает Авраму вернуть царю плененных врагами подданных, разрешая оставить всю военную добычу. Однако Аврам отдает царю все. Может сложиться впечатление, что он поступил не слишком учтиво, ответив царю высокомерным пренебрежением (14. 21-24). Так ли это? Мы видим, что Аврам с небольшим отрядом, рискуя жизнью, преследует врагов и выручает царя Сдома из отчаянного положения. Спасенному царю следовало бы броситься в ноги своему избавителю, однако ничего подобного не происходит: в тексте Торы не прослеживается ни малейшего проявления благодарности с его стороны. Напротив, царь торгуется, требуя возвращения захваченных пленников. В подобном поведении воочию прослеживается одно из наиболее характерных для сдомитян качеств — демонстративная неблагодарность. Именно поэтому Аврам отказался от предложенного ему имущества — поступи он иначе, нечестивый царь хвалился бы, что обогатил Аврама. Между тем, он предложил оставить ему то, что в действительности и так принадлежало нашему праотцу на правах победителя. Кроме того, увидев, что сдомский царь совершенно погряз в стяжательстве, Аврам сжалился над ним и отказался от захваченной в сражении добычи.

Ни в словах, ни в поступке Аврама нет ни тени упрека, не говоря уже о надменности: в своем отказе он следовал принципам милосердия, преподав, кроме того, царю Сдома нравственный урок. Который тот, впрочем, так и не усвоил.

ВАЕРА (И ЯВИЛСЯ) (18.1 —22.24)
И явился ему Всевышний...


Какое событие предшествует гибели Сдома? Сдомские жители пытаются надругаться над путниками. После этого Всевышний уничтожает город. Между тем преступление не было даже совершено. Не было ли наказание чересчур суровым? Рассмотрим ситуацию. Из рассказа Торы следует, что попытка совершить преступление была предпринята отнюдь не социальными отбросами — напротив, в нападении участвовало практически все городское население: «городские жители, люди Сдома, окружили дом, от мала до велика — весь народ, со всех краев» (19.4). Фактически преступления считались в Сдоме нормой, и, не исключено, что они были даже узаконены. Преступный закон оправдывал любые аморальные действия, любое насилие по отношению к чужеземцам, останавливавшимся на ночлег. Жители Сдома вовсе не считали, что совершают преступления — они были искренне уверены в своей правоте и законности своих действий. Обыкновенно даже у самого закоренелого грешника есть, может быть, мизерный, но все-таки шанс раскаяться и попытаться что-то исправить в своей жизни. Сдомитяне — исключение. Они настолько сжились со своими грехами, что потеряли возможность покаяния. Злокачественная болезнь зашла столь далеко, что нравственное исцеление стало уже невозможно. Поэтому наказание, постигшее Сдом, было единственной возможностью покончить со злом.


РАЗГОВОРЫ С РАВВИНОМ

«НИ ОДИН БЫК НЕ БЕРЕТ КОРОВУ В ЖЕНЫ»

Взаимное стремление мужчины и женщины — это поиск некогда потерянного, поиск утраченной полноты и целостности

Адин Штейнзальц отвечает на вопросы Михаила Горелика

— По-русски первую женщину называют обычно «Ева». В оригинале это имя звучит как «Хава», что в переводе с иврита означает «жизнь». Таково имя первой женщины. В каком-то глубоком смысле — это имя любой женщины.

— История рождения первой женщины начинается с адамова ребра. Я думаю, феминистки должны видеть здесь проявление типичного мужского шовинизма. Равно как и в ежедневной еврейской молитве, в которой мужчина благодарит Всевышнего, за то, что Тот не создал его женщиной.

— Не следует забывать, что ведь и женщина в этой молитве благодарит Всевышнего, что он создал ее именно женщиной. Помимо религиозного, здесь есть и важный психотерапевтический аспект. Своего рода аутотренинг. Эта молитва укрепляет достоинство и самоуважение человека, которые неразрывно связаны и с его полом. Эта молитва приучает человека смотреть на свой пол как на большую жизненную удачу, как на везение, как на дар, который заслуживает благодарности.

Что же касается мужского шовинизма в истории о сотворении Хавы, то феминистки и в этом случае не правы. Дело в том, что мужчиной первозданный Адам был не в большей мере, чем женщиной, ибо в нем были объединены обе этих сущности: мужская и женская. У того слова, которое обычно переводится на русский язык как «ребро», есть еще одно важное значение: «сторона» — до того момента, как Хава получила автономное женское существование, она была одной из сторон единого человеческого существа. Создание женщины — это одновременно и создание мужчины: в этом акте одна сторона была отделена от другой.

Мужское и женское — взаимообусловлены. Это две половинки единого целого. Мужчина без женщины, женщина без мужчины — в каком-то смысле односторонни и нуждаются в соединении.

Память о нераздельном Адаме очень глубоко заложена в душе человека. Взаимное стремление мужчины и женщины — это поиск некогда потерянного, поиск утраченной полноты и целостности.

— Из того, что вы сказали, следует, что смысл отношений мужчины и женщины далеко выходит за рамки деторождения.

— Ну, конечно. Воспроизведение вида — вторичная, хотя, конечно, и очень важная функция. Но основа связи между мужчиной и женщиной вообще не сводится к функции. Люди — единственные живые существа, у которых отношения полов не ограничены задачей деторождения. Разумеется, роль биологического инстинкта огромна, но все-таки он служит только подосновой отношений. Эмоциональный момент и сознательное установление родственной связи играют главную роль. Именно в этом проявляется специфически человеческое.

Посмотрите, насколько отношения людей отличаются в этом плане от животных. Один средневековый еврейский мыслитель сформулировал это отличие с предельной точностью. Он сказал: «Ни один бык не берет корову в жены». Ибо связь животных действительно случайна и чисто функциональна.

— Но люди ведь тоже зачастую ведут себя именно таким образом, как вы сказали: случайно и функционально.

— Почему бы и нет? Но только что из этого следует? Вся штука в том, что животные просто не могут вести себя иначе, их отношения жестко обусловлены и детерминированы, в то время как у людей много возможностей. Разумеется, люди могут выстраивать свои отношения друг с другом, подобно животным, однако это их свободный выбор — люди, в отличие от животных, не принуждены к этому фатально своей природой.

— Скажите, а с религиозной точки зрения, сексуальные отношения между людьми имеют какую-то самостоятельную ценность или же этовсе-таки только средство деторождения?

— Они безусловно имеют самостоятельную ценность. Муж и жена должны радовать друг друга, в том числе, и физической близостью. Более того, это их обязанность. Я высказываю не только свое личное мнение — так считали наши мудрецы. Это общепринятая в иудаизме точка зрения.

— Если интимные отношения между мужем и женой имеют и сами по себе ценность, то как объяснить их место в истории с Древом познания и изгнанием из рая. Разве они не рассматриваются как следствие греха?

— «Плодитесь, размножайтесь и наполняйте землю» — это воистину райское предписание — и по содержанию, и по месту, где оно было дано. Не следует думать, что размножение должно было производиться почкованием. Таким образом, сексуальную жизнь человека нельзя считать следствием греха. Другой вопрос, что в результате того, что произошло, эти отношения изменились. И осложнились.

Половой инстинкт очень отличается от прочих инстинктов. Скажем, голод и жажда четко соотносятся с целями этих побуждений: они удовлетворяются, когда достигнуты. В отличие от них сексуальное стремление представляется вообще не знающим ограничений. И в этом его опасность. Я хочу повторить, то, что уже говорил: секс — это ценность. Но он таит в себе опасность. Как, например, солнце и вода. Тоже хорошие вещи, но если ими неправильно пользоваться, последствия могут быть самыми трагическими.

Плоды Древа познания привлекали Хаву не потому, что она была голодна или хотела утолить жажду — плоды были эстетически привлекательны, и ее желание было лишено какой бы то ни было практической цели. Хава выходит здесь за круг, очерченный инстинктом. Она, проявляя специфически человеческие качества, выходит за рамки функционального и чисто прагматического отношения к миру. Если бы человек не выходил за эти рамки, он бы до сих пор пребывал в раю — в мире красоты и блаженства, но точно так же и в мире внешних ограничений. Именно благодаря женщине возник новый опасный мир с его свободной игрой желаний. Другой вопрос, куда обратить эту свободу: в сторону хаоса или же в сторону созидания, к позитивной цели. Этот вопрос остро стоит сегодня перед каждым человеческим сознанием, как и тысячи лет назад.

Так или иначе, но у его истоков мы видим женщину — родоначальницу всех людей, сделавшую крайне опасный и в то же время судьбоносный выбор. Эту женщину зовут Хава — «жизнь»!

 


ПРИ ПОДДЕРЖКЕ ФОНДА ПИНКУСА
ПО РАЗВИТИЮ ЕВРЕЙСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ В ДИАСПОРЕ, ИЗРАИЛЬ

Смотрите подробности лучшие интернет магазины Москвы тут.